Сверхтяжелый танк «Маус»





«Маус» являлся и является по сей день единственным в мире реально изготовленным сверхтяжелым танком. Однако, недостаточно просто разработать и выполнить в металле самый большой танк в мире, необходимо, чтобы он при этом представлял собой полноценную боевую единицу. Понять же насколько боеспособен тот или иной танк, можно проанализировав три основных оценочных параметра - вооружение, защищенность и подвижность.




Сверхтяжелый танк «Маус»


В Начало

Сверхтяжелый танк «Маус»

В стороне от развернувшейся гонки за сверх- тяжелым танком не остался и профессор Фердинанд Порше. При этом он, пользуясь благоволением к нему Гитлера, имел ряд преимуществ перед конкурентами. Уже в марте 1942 года с ним был заключен кон­тракт на разработку 100-тонного танка VK 10001 (Porsche Тур 205). Первое официаль­ное название «Мамонт» (Mammut) машина получила в апреле того же года.

Проектом предусматривалось создание танка с бронированием: лоб корпуса - 200 мм, башни - 220 мм, борт корпуса - 180 мм, борт и корма башни - 200 мм. Боевая масса должна была составлять 160 т, максималь­ная скорость - 15 км/ч. В первоначальном варианте предусматривалось вооружение в составе 150-мм орудия с длиной ствола в 37 калибров и 105-мм пушки с длиной ствола в 70 калибров.

Работы над проектом танка вело КБ фир­мы Porsche в Штутгарте. В июле 1942 года с эскизным проектом танка ознакомился Гитлер, который санкционировал дальнейшие работы и потребовал увеличения толщины брони днища корпуса до 100 мм.

Первоначально планировалось установить на танке дизель в рамках комбинированной силовой установки, аналогичной приме­ненной на танке VK 4501 Tiger (Р). В конце ноября 1942 года выяснилось, что фирма Daimler-Benz запаздывает с изготовлением дизеля. Поэтому для использования на танке (во всяком случае на первом опытном об­разце) был принят карбюраторный двигатель Daimler-Benz МВ509 с непосредственным впрыском топлива.

Сверхтяжелый танк «Маус»

В декабре 1942 года в качестве воз­можного вооружения танка VK 10001 стали рассматриваться 150-мм пушка, 127-мм морское орудие, 128-мм зенитная пушка и ее удлиненный вариант. Тогда же, в своем докладе Гитлеру, Ф.Порше сообщил о за­вершении всех подготовительных работ и о готовности изготовить первый образец к лету 1943 года. Именно в декабре 1942 года название «Мамонт», по видимому в целях соблюдения секретности, было изменено на «Мышонок» (Mauschen). Впрочем, это слово можно перевести с немецкого и как «мыш­ка». Следует отметить, что именно название «Мышонок» стало едва ли не единственным употреблявшимся в советской послевоенной литературе. Других названий этого танка как бы не существовало. Порой доходило до абсурда, когда рядом с названием «Мы­шонок» в скобках приводилось немецкое слово Maus.

3 января 1943 года Гитлер потребовал от Порше отчета о состоянии работ над проектом. Во время их встречи Порше показал деревянную модель будущего танка, которая вызвала у фюрера живей­ший интерес.

Эта встреча послужила поводом для созыва 21 января совещания в Берлине. На нем обсуждались проекты сверхтяже­лых танков Porsche и Krupp. Было принято решение завершить к концу 1943 года из­готовление двух опытных образцов танка фирмы Porsche и, в случае успешных испы­таний танка, приступить к его серийному производству. Тогда же в качестве воору­жения танка была определена спаренная установка 128- и 75-мм пушек. В качестве резервных на перспективу остановились на 150- или 170-мм пушках.

Демонстрация Гитлеру полно размерного макета танка Porsche Тур 205. 14 мая 1943 года. На корме машины, слева от дополнительного топливного бака, видна установка огнемета
Демонстрация Гитлеру полно размерного макета танка Porsche Тур 205. 14 мая 1943 года.
На корме машины, слева от дополнительного топливного бака, видна установка огнемета

Управление вооружений определило производителей и поставщиков узлов и агрегатов танка. Изготовление корпуса и башни с вооружением поручалось фирме Krupp, силовой установки - Daimler-Benz, электродвигателей и генераторов - Siemens- Schuckert, ходовой части и механической части трансмиссии - Skoda. Окончатель­ная сборка должна была производиться на заводе фирмы Alkett в Берлине. На совещании представитель Управления вооружений инженер-полковник Книпкамп поставил вопрос о маневренности танка, на что Ф.Порше ответил, что управлять танком Тип 205 будет не труднее, чем «Ти­гром» или «Пантерой».

Но Управление вооружений продолжало доставлять хлопоты проектировщикам. Так, 2 февраля оно внесло изменения в первоначальный проект. Надзиравший за ходом проектирования полковник Генель сообщил Ф.Порше, что в качестве допол­нительного вооружения на танке необхо­димо разместить огнеметную установку с запасом огнесмеси 1000 л. Во время очередной встречи проектировщиков с представителями Управления вооружений, состоявшейся 10 февраля 1943 года, все фирмы, участвовавшие в проекте, выска­зались против установки на танк огнемета, поскольку это влекло за собой увеличение его массы на 4900 кг. В свою очередь уве­личение массы потребовало бы изменений в конструкции ходовой части. Однако Управ­ление вооружений настояло на выполнении своего требования, несмотря на то, что для этого требовалось установить два до­полнительных элемента подвеска, что было невозможно без увеличения длины корпуса. От торсионной подвески по типу применен­ной на танке VK 4501 (Р) и САУ «Фердинанд» пришлось отказаться. Совместно с фирмой Skoda было принято решение установить подвеску на буферных пружинах.

В феврале произошло еще одно знаме­нательное событие: «Мышонок» стал взрос­лой «Мышью» - Mauschen переименовали в Maus.

6 апреля 1943 года министр вооруже­ний Альберт Шпеер ознакомился с ходом работ над танком «Маус». К этому времени уже был готов его полноразмерный дере­вянный макет. Порше получил указание разобрать макет и перевезти его к 10 апреля 1943 года в Берхтесгаден для демонстрации фюреру, однако, когда макет был уже разобран, перевозку отменили.

6 мая 1943 года макет был вновь разо­бран и вывезен в «Волчье логово» - штаб- квартиру фюрера в Растенбурге, где 14 мая он был продемонстрирован Гитлеру. Фюрер не упустил возможность «улуч­шить» танк и приказал вооружить его не 128-мм, а 150-мм пушкой. 8 июня 1943 года фирма Krupp получила заказ на из­менение конструкции башни под более мощную пушку.

августа на заводе Alkett приступили к сборке первого опытного образца. Спустя три месяца состоялось совещание, посвя­щенное определению сроков начала серий­ного производства танка, однако принять какое-либо решение по этому вопросу так и не удалось. Был утвержден лишь размер первой серийной партии - 152 единицы.

24 декабря 1943 года состоялся первый пробный выезд прототипа V1 (Maus I или Тур 205/1). Башня к этому моменту еще не была готова, поэтому вместо нее устано­вили равный ей по массе балласт. Надо отметить, что пробный выезд состоялся без ведома Управления вооружений. Дру­гим серьезным нарушением было фото­графирование танка, что было строжайше запрещено. Танк показал весьма неплохую маневренность, когда выезжал из тесного сборочного цеха. По свидетельству води­теля управлять «Маусом» было легче, чем средним танком Pz.IV.

Первый выезд на полигон. 15 января 1944 года
Первый выезд на полигон. 15 января 1944 года

В начале 1944 года танк Тур 205/1 был на­правлен в Бёблинген, где начались ходовые испытания машины. Между 11 и 14 января опытный образец был погружен на специ­альную четырнадцатиосную платформу грузоподъемностью 180 т и перевезен из Берлина на полигон. Прибыв к станции назначения, «Маус» сполз с платформы по приставному пандусу и ночью проехал около 5 км до ангара в Гинденбург Кезерне, при­надлежавшего 7-му запасному танковому батальону. На следующий день были проведены испытания органов управления и пробные «пробежки» по полигону (всего около 2000 м). Испытания показали, что танк, даже проваливаясь в грунт на 500 мм, сохраняет подвижность. Движение танка производилось на пониженных передачах, поскольку КП была еще недостаточно доработана. На заднем ходу выявился чрезмерный провис гусе­ницы. Для его устранения были внесены изменения в механизм натяжения гусе­ницы. Параллельно с испытаниями шел заключительный монтаж механизмов и приборов танка. 21 января 1944 года за ис­пытаниями наблюдали представители экс­периментального центра в Куммерсдорфе полковник Эссер и майор Хоффман, а 31 января 1944 года полигон посетил сам Фердинанд Порше. Ход испытаний под­робно документировался и снимался на кинопленку. 1 и 2 февраля были проведены осмотр и регулировка механизмов танка, а 3 февраля 1944 года были проведены очередные ходовые испытания (около 2000 м). Всего к 3 февраля 1944 года танк Тур 205/1 прошел около 16 км. В период с 4 по 25 февраля был проведен очередной цикл испытаний: Перед этим с 2 по 6 фев­раля была полностью проверена система смазки узлов и агрегатов танка. 7 февраля прототип прошел около 20 км (причем 8 км на танке проехал сам профессор Порше), а на следующий день еще 22,4 км.

В Бёблингене первый прототип «Мауса», покинувший сборочный цех будучи выкра­шенным в темно-серый цвет, был перекра­шен. Корпус и балластную башню сначала покрыли темно-желтой краской, а затем Следующий цикл испытаний проходил между 25 февраля и 17 марта 1944 года там же в Бёблингене. 25 февраля были проведены ходовые испытания по кругу диаметром 4000 м. 1 марта танк дви­гался по кругу диаметром около 4100 м.

Сверхтяжелый танк Маус
Сверхтяжелый танк Маус

Во время этой поездки была проверена проходимость машины. «Маус» оказался способным преодолевать уклон до 25°. 9 марта 1944 года танк проехал еще 5200 м. В это же время проводились испытания специальной горной передачи для движе­ния по склонам. На этот раз «Маус» смог двигаться по склону крутизной до 43°. 10 марта 1944 года танк 205/1 прошел 8200 м. Кроме этого он был использован для буксировки второго опытного образца, который в тот день прибыл в Бёблинген без двигателя и башни. Что касается вооруже­ния, то 128-мм пушка KwK 44 была готова уже в ноябре 1943 года. Испытания орудия и всего двухорудийного лафета в сборе проходили на полигоне в Меппене. Мон­таж же вооружения в танке задерживался из-за отсутствия башни. Сборка башни завершилась только 9 апреля 1944 года, затем ее доставили в Бёблинген и в июне установили на второй прототип «Мауса». Монтаж же вооружения был завершен только 3 октября 1944 года. Тогда же на танк 205/2 был наконец-то установлен дизельный двигатель Daimler-Benz MB 517. Таким образом, только в октябре 1944 года один из прототипов был доведен до более или менее боеготового состояния.

Более или менее, потому, что еще не хватало многих второстепенных узлов и деталей внутреннего оборудования танка. Некоторые из них поступили в дальнейшем, некоторые так и не поступили.

В октябре 1944 года оба прототипа отпра­вили на Куммерсдорфский полигон, однако достоверных сведений об этом периоде ис­пытаний нет. Вполне возможно, что никакие испытания вообще не проводились, так как в конце 1944 года Гитлер распорядился прекра­тить все работы по сверхтяжелым танкам, так как для серийного производства этих машин, даже с минимальным темпом сборки 10 ма­шин в месяц, не хватало ни сырья, ни средств. Впрочем, есть все основания предполагать, что работы по «Маусу» были заморожены даже несколько ранее. Во всяком случае уже в августе 1944 года фирма Krupp информи­ровала Ф. Порше об остановке сборки башен и корпусов для новых машин. В 1945 году со­юзные войска обнаружили на заводе Krupp в Эссене как минимум три комплекта башен и корпусов для «Мауса», находившихся в разной степени готовности.

Что касается образцов, находившихся на полигоне в Куммерсдорфе, то в связи с при­ближением советских войск в апреле 1945 года их было решено взорвать. Однако, в результате взрыва значительно был разрушен только корпус второго прототипа. После капитуля­ции Германии оба «Мауса» были обнаружены специалистами Технической комиссии Нар­комата транспортного машиностроения. Танк 205/1 находился в районе западных батарей Куммерсдорфского полигона, а танк 205/2 - в 14 км от последнего, в Штаммлагере вблизи Цоссена.

Осенью 1945 года по указанию коман­дующего бронетанковыми и механизиро­ванными войсками Красной Армии из двух поврежденных образцов собрали один и доставили его на НИБТ Полигон ГБТУ Крас­ной Армии в пос. Кубинка под Москвой. На полигон танк прибыл 4 мая 1946 года. Не будет лишним добавить, что этот танк на­ходится в экспозиции Военно-исторического музея бронетанкового вооружения и техники в Кубинке и по сей день.

Описание конструкции сверхтяжелого танка "Маус"

Сверхтяжелый танк «Маус» представлял собой боевую гусеничную машину с вра­щающейся башней. Корпус танка попереч­ными перегородками был разделен на четыре отделения: управления, моторное, боевое и трансмиссионное.

Отделение управления располагалось в носовой части корпуса. В нем размеща­лись сиденья механика-водителя (слева) и радиста (справа), приводы управления, контрольные приборы, коммутационная аппаратура, радиостанция и баллоны ог­нетушителей. Перед сиденьем радиста, в днище корпуса, имелся люк запасного выхода. В нишах бортов носовой части корпуса располагались два топливных бака общей емкостью 1560 л. В крыше корпуса над сиденьями механика-водителя и ра­диста имелся посадочный люк, закрывав­шийся броневой крышкой. Перед люком был установлен перископический прибор наблюдения с броневым ограждением.

Моторное отделение располагалось за отделением управления. В его централь­ном колодце размещался двигатель, а в нишах бортов - водяные и масляные радиаторы, вентиляторы системы охлаж­дения, выхлопные коллекторы (по два на борт) и масляный бак.

Боевое отделение располагалось за мо­торным в средней части корпуса танка. В  боевом отделении размещались большая часть боекомплекта, агрегат для подза­рядки аккумуляторных батарей и питания мотора поворота башни. В центральном колодце под полом боевого отделения были установлены одноступенчатый ре­дуктор и блок главных и вспомогательных генераторов.

Над боевым отделением на роликовой опоре устанавливалась башня. В ней раз­мещались сиденья командира танка, на­водчика и заряжающих, спаренная установка пушек, пулемет, приборы наблюдения и прицеливания, механизмы поворота башни с электромеханическим и ручным приводом и оставшаяся часть боекомплекта. В крыше башни имелись два люка-лаза.

Трансмиссионное отделение распола­галось в кормовой части корпуса танка. В нем размещались тяговые электромоторы и промежуточные редукторы.

Корпус танка сваривался из катаных броневых листов, обработанных на среднюю твердость.

Лобовые и кормовые броневые листы располагались под углами 35° - 55° к верти­кали. В отличие от других немецких тяжелых танков, в лобовых и кормовых листах «Мауса» не имелось люков, смотровых приборов и пулеметных установок, снижавших снарядостойкость.

Компоновка танка «Маус» (продольный разрез по корпусу)
Компоновка танка «Маус» (продольный разрез по корпусу)

Бортовые броневые листы располага­лись вертикально и выполнялись сплош­ными. Толщина бортового листа была не одинаковой: верхний пояс борта имел толщину 185 мм, а в нижней части борто­вой лист на высоте 780 мм был выструган до толщины 105 мм. Нижняя часть борта предназначалась для крепления поддер­живающих катков, а также использовалась для защиты ходовой части, играя роль фальшборта. Спереди гусеницы частично защищались броневыми козырьками тол­щиной 100 мм.

Крыша корпуса выполнялась съемной. Она состояла из отдельных броневых листов тол­щиной от 50 мм в подбашенной зоне до 105 мм над отделением управления. Для защиты башни от заклинивания при попаданиях сна­рядов к крыше корпуса приваривались две отражательные планки толщиной 60 мм.

Днище корпуса в передней части имело толщину 105 мм, остальная часть днища – 55 мм. Надгусеничные листы и внутренние борта имели толщину соответственно 40 и 80 мм.

Даже поверхностный анализ распре­деления толщин броневых листов свиде­тельствует о стремлении конструкторов создать равнопрочный по снарядостойкости бронекорпус. Соотношение между тол­щиной брони лобовых и бортовых листов у немецких тяжелых танков составляло 0,5 -0,6, а у «Мауса» оно достигало 0,925. Кро­ме того, усиление передних частей днища и крыши корпуса значительно влияло на равнопрочность корпуса в целом.

Корпус и башня танка «Маус», захваченные союзниками в сборочном цехе завода фирмы Krupp в Эссене. 1945 год
Корпус и башня танка «Маус», захваченные союзниками в сборочном цехе завода фирмы Krupp в Эссене. 1945 год

Все соединения основных броневых деталей корпуса были выполнены в шип.

Для увеличения конструктивной прочно­сти шиповых соединений в их стыки были введены цилиндрические штифты. Штифт представлял собой двойной валик диаме­тром 50 - 80 мм, который вставлялся в от­верстие, высверленное в стыках броневых листов. Отверстие высверливалось так, чтобы его ось располагалась в плоскости граней шипа соединяемых листов. Без штифта незаваренное шиповое соедине­ние являлось разъемным. При примене­нии в соединении двух перпендикулярно расположенных штифтов оно становится неразъемным еще до окончательной сварки. После сварки штифтовые соеди­нения разгружают сварные швы. Штифты вставлялись заподлицо с поверхностью соединявшихся бронелистов и приваривались к ним по периметру основания. Кроме соединения верхнего лобового листа с нижним, штифтами соединены также борта корпуса с верхним лобовым и кормовым листами. Соединение кормовых листов между собой выполнено в косой шип без штифтов. Соединения остальных броневых деталей (части крыши, днище, надгусеничные листы и т.п.) выполнялись в четверть, встык или внахлест с применением двух­сторонней сварки.

Схема бронирования танка «Маус»
Схема бронирования танка «Маус»

Башня танка сваривалась из катаных листов и литых деталей из гомогенной брони средней твердости. Лобовая часть башни - литая, цилиндрической формы толщиной около 220 мм. Бортовые и кор­мовые листы - плоские. Катаные, толщи­ной 210 мм. Бортовые листы расположены под углом 30° к вертикали, кормовой - 15°. Лист крыши башни имел толщину 65 мм. Соединение броневых деталей башни вы­полнялось в шип с применением штифтов, несколько отличавшихся от штифтов в шиповых соединениях корпуса.

Таким образом, башня также была скон­струирована с учетом равнопрочности всех ее деталей.

Неподвижная часть башенного погона выполнялась за одно целое с зубчатым венцом. Погон помещался в ступенчатой расточке крыши корпуса танка. Кольцо, которое приваривалось заподлицо с рас­точкой, увеличивало вертикальную направ­ляющую поверхность погона.

Подвижная часть погона была при­варена к днищу башни и представляла собой цилиндрический лист. Башня уста­навливалась на трех тележках с двумя роликами каждая. Тележки катились по горизонтальной беговой дорожке непод­вижного погона. Горизонтальные усилия воспринимались шестью двухроликовыми тележками, катящимися по вертикальной беговой дорожке неподвижного погона.

Вращение башни осуществлялось при помощи электромеханического привода, а для аварийной ситуации был предусмо­трен ручной привод. Использовались две скорости вращения башни: быстрая - 8 град./с и медленная - 4 град./с. Во время марша башня блокировалась тремя сто­порами. Кроме стопоров неподвижность башни обеспечивало специальное пнев­матическое устройство.

На вращающемся полике башни были установлены стеллажи для снарядов к обеим пушкам, здесь же размещался ком­прессор, предназначенный для продутия ствола 128-мм орудия. Компрессор работал от электрического двигателя постоянного тока мощностью 1000 Вт и напряжением 48 В.

На крыше башни располагались два поса­дочных люка, два вентилятора, неподвижный броневой колпак перископического прицела, перископический прибор наблюдения ко­мандира и амбразура «устройства ближне­го боя». В кормовой стенке башни имелся люк для загрузки боеприпасов, в крышке которого имелась бойница для стрельбы из личного оружия.

Завершая описание конструкций кор­пуса и башни несколько слов необходимо сказать о качестве брони. Все броневые детали имели различную твердость. Так, детали толщиной до 50 мм подвергались термообработке на высокую твердость, толщиной 160 мм обрабатывались на среднюю и пониженную твердость, а броневые листы внутренних бортов корпуса толщи­ной 80 мм - на низкую твердость. Броне­вые детали толщиной 185 - 210 мм также обрабатывались на низкую твердость.

Вид соединения кормового листа башни с левым бортовым листом. Стрелкой указан штифт
Вид соединения кормового листа башни с левым бортовым листом. Стрелкой указан штифт

Что касается химического состава, то катаную броню танка «Маус» можно разделить на четыре группы. Для листов толщиной 50 мм применялась хромонике­левая броня с повышенным содержанием марганца. Для 65-мм листов использо­валась хромомарганцевая броня с 0,5% содержания никеля, для 80-мм - хромоникелемолибденовая с повышенным содержанием марганца и хрома. И, нако­нец, для четвертой группы бронелистов с толщинами 200 - 210 мм применялась хромоникелемолибденовая броня, причем процент хрома и никеля в сравнении с листами меньшей толщины был увеличен до 0,8 - 2 %. Литая броня также имела два варианта состава. Для деталей небольшой толщины применялась хромоникелемолиб­деновая броня с повышенным содержа­нием марганца, а для деталей толщиной 220 мм - хромникелевая с содержанием никеля свыше 30%.

Необходимо отметить, что во всех ви­дах марках брони содержанием углерода было повышенным и находилось в преде­лах 0,3 - 0,45%. Кроме того, для «Мауса» была характерна и общая в тот период для германского танкостроения тенденция за­мены легирующих элементов молибдена и никеля другими элементами - хромом, марганцем и кремнием.

Вооружение. На танке устанавлива­лись 128- и 75-мм спаренные танковые пушки и 7,92-мм пулемет MG42 (еще один пулемет укладывался в танке). В башне спаренная установка пушек была смонти­рована в специальной раме. Бронировка качающейся части пушек выполнялась литой и крепилась к общей люльке бол­тами.

128-мм пушка, разработанная фирмой Krupp, имела длину ствола 55 калибров (7020 мм). Начальная скорость броне­бойного снаряда составляла 920 м/с. Затвор - клиновой, горизонтальный, имел 1/4автоматики, то есть открывание затвора и экстрактирование гильзы производились вручную, а после досылания снаряда и за­ряда затвор закрывался автоматически. Противооткатные устройства распола­гались над стволом орудия. Наибольшая дальность стрельбы осколочно-фугасным снарядом достигала 12,5 км.

Пушка KwK 44 отличалась от 128-мм зенитной пушки Flak 40 раздельно­гильзовым заряжанием. В тесной башне танка с длинным и тяжелым «унитаром» было не развернуться. Для ускорения процесса заряжания в состав экипажа «Мауса» входило два заряжающих: в то
время как один досылал в камору снаряд, другой - подавал гильзу с зарядом. Тем не менее скорострельность 128-мм пушки не превышала 2-3 выстр./мин.

Боекомплект пушки состоял из 61 (по другим данным - 68) выстрела, из которых размещались в башне, а 36 (по другим данным - 43) - в корпусе танка.

75-мм пушка была идентична по конструкции 75-мм пушке KwK 37. Основное ее отличие состояло в увеличенной до 36,6 калибра длине ствола и нижнем размещении тормоза отката. Затвор - клиновой вертикальный, спуск - электромеханический. Боекомплект к пушке со­стоял из 200 выстрелов с бронебойными и осколочно-фугасными снарядами. 50 выстрелов размещались в башне, 150 - в корпусе танка.

7,92-мм пулемет MG 42 был установлен в лобовой части башни, слева от 128-мм пушки, и имел независимые от пушек углы наведения. Боекомплект пулеметов состо­ял из 1000 патронов в четырех патронных коробках.

В качестве вспомогательного вооружения танк оснащался «устройством ближнего боя» (Nahkampfgerat) - мортиркой калибра 26 мм, в боекомплект которой осколочные и осколочно-зажигательные снаряды. Мортирка располагалась в правой части крыши башни.

Танк «Маус» оснащался периско­пическим прицелом TWZF1, который устанавливался слева от 128-мм пушки. Головка прицела защищалась неподвиж­ным бронированным колпаком. Соеди­нение прицела с левой цапфой 128-мм пушки осуществлялось с помощью тяги параллелограмного механизма. Углы наведения по вертикали колебались в пределах от -7° до +23°. Наведение в го­ризонтальной плоскости осуществлялось поворотом башни.

Бронировка качающейся части спаренной установки. Хорошо видны болты крепления бронировки к люльке
Бронировка качающейся части спаренной установки. Хорошо видны болты крепления бронировки к люльке

По проекту определение дистанции до цели должно было производиться коман­диром танка с помощью горизонтально- базного стереоскопического дальномера с базой 1,2 м. Однако, судя по всему, такой дальномер установлен не был. Левое отверстие в крыше башни, пред­назначенное для выхода объективной головки дальномера, заварено, в правом был установлен перископический прибор наблюдения. Если учесть, что в германии к 1945 году были разработаны только два типа горизонтально-базных танковых даль­номеров с базами 1,6 и 1,32 м, то вообще не понятно какой дальномер должен был устаналиваться на «Маус».

Подытоживая рассказ о вооружении танка, будет не лишним привести выводы, сделан­ные специалистами НИБТ Полигона в Кубинке после его изучения.

Выводы по установке вооружения.
1. Установка двух танковых пушек в одной люльке имеет следующие преимущества перед обычными установками:
 а) повышена огневая мощь танка;
 б) возможно применение каждого вида оружия в отдельности, в зависимости от условий боя.
2. Заднее расположение башни умень­шает вылет ствола и способствует повы­шению маневренности танка в лесистой местности.
3. Конструкция 128-мм и 75-мм танковых пушек особого интереса не представляет и является аналогичной для всех немецких танковых пушек.
4. По своей мощности 128-мм пушка соответствует отечественной 122-мм пушке C-26-I, а 75-мм пушка уступает 76-мм пушке Т-34.
5. Скорострельность 128-мм пушки вслед­ствие отсутствия автоматического открыва­ния затвора ниже 122-мм пушки Д-25.
6. Соотношение веса танка «Maus» к весу установки вооружения равно 60, это же соотношение в танке ИС-3 равно 17, что говорит о несоответствии вооружения танка «Maus» его весу.
7. Наличие на танке стереодальномера с базой 1,2 м облегчает определение даль­ности до целей.
8. Применение дальномера является принципиально новым вопросом и требует специального исследования.

В качестве небольшого комментария к этим выводам можно отметить, что оценка дальномера в силу указанных выше при­чин носит чисто теоретический, хотя и безусловно правильный, характер. Что же касается скорострельности 128-мм пуш­ки, то она ниже, чем у Д-25 при наличии одного заряжающего. В экипаже «Мауса», как впрочем, и в экипаже «Ягдтигра» - еще одной машины, вооруженной 128-мм пуш­кой, заряжающих было два.

Двигатель. На прототипах танка «Маус» устанавливались два типа силовых установок. Первый прототип оснащался 12- цилиндровым, четырехтактным Л-образным бензиновым двигателем жидкостного охлаж­дения МВ509 с непосредственным впрыском топлива и наддувом. Этот двигатель представлял собой танковый вариант авиа­ционного двигателя DB 603А2. Мощность двигателя - 1750 л.с. при 2700 об/мин. Угол развала цилиндров - 60°. Рабочий объем - 44 540 см3. Ход поршня - 180 мм, диаметр цилиндра - 162 мм. Степень сжатия в цилиндрах левого блока - 7,5, правого - 7,3. Сухая масса двигателя - 1300 кг.

Топливо - этилированный бензин с окта­новым числом не менее 87. Емкость топливных баков - 1560 л. Основные топливные баки размещались в носовой части корпуса в нишах бортов. На кормовой части корпуса устанавливался дополнительный топливный бак емкостью 1500 л, подключавшийся к си­стеме питания топливом. При необходимости он мог сбрасываться без выхода экипажа из машины.

Топливный насос - Bosch PZ 12НР 120/44, 12-плунжерный, с регулятором смеси и барометрическим корректором, устанавливался в развале цилиндров. То­пливная форсунка относилась к типу закры­тых. Ее размер не превышал размера свечи. Топливо впрыскивалось в цилиндры на такте всасывания под давлением 90 - 100 кГс/см2 через шесть отверстий, из которых два име­ли диаметр 0,6 мм и четыре - 0,3 мм.

Второй прототип «Мауса» получил башню с вооруже-нием в июне 1944 года

Второй прототип «Мауса» получил башню с вооруже­нием в июне 1944 года

Система смазки - принудительная с сухим картером и золотниковым распределением смазки. Циркуляция масла обеспечивалась работой 10 насосов: основного нагнетаю­щего, трех насосов повышенного давления и шести откачивающих насосов различной производительности.

Система охлаждения двигателя - жид­костная, закрытого типа с принудительной циркуляцией, емкостью 110 л. В качестве охлаждающей жидкости использовалась смесь этиленгликоля с водой в равных пропорциях. Радиаторов - два, трубо­пластинчатых двухходовых. Кроме того, в систему охлаждения двигателя входили два пароотделителя, водяной насос, ком­пенсационный бачок с паровым клапаном, трубопроводы и четыре вентилятора.

Отдельно от системы охлаждения дви­гателя на танке «Маус» функционировала система охлаждения выхлопных коллекторов. Эта система также была жидкостной, закрытого типа с принудительной цирку­ляцией. Емкость системы составляла 40 л. Радиаторов - четыре, трубопластинчатых одноходовых. Они устанавливались рядом с радиаторами системы охлаждения.

Необходимо отметить, что примене­ние жидкостного высокотемпературного охлаждения выхлопных коллекторов, изо­лированного от основной системы, уве­личивало надежность работы двигателя и делало его эксплуатацию менее опасной в пожарном отношении. Как известно, применение воздушного охлаждения вы­хлопных коллекторов двигателей Maybach HL210 и HL230 не было эффективным. Перегрев выхлопных коллекторов этих двигателей являлся одной из причин воз­никновения пожара в танке.

На начальном этапе испытаний в Бёблингене «Маус» 205/2 был окрашен в стандартный темно-серый цвет Панцерваффе
На начальном этапе испытаний в Бёблингене «Маус» 205/2 был окрашен в стандартный темно-серый цвет Панцерваффе

По бортам танка попарно устанавли­вались четыре двухступенчатых вентиля­тора осевого типа. Они были снабжены направляющими аппаратами и приво­дились во вращение шестеренчатым приводом. Максимальная частота вра­щения вентиляторов составляла 4 212 об/ мин. Охлаждающий воздух засасывался и выбрасывался вентиляторами через бро­нированные решетки крыши моторного отделения.

В систему зажигания входили 24- искровое магнето Bosch ZM CR8 и свечи Bosch DW 225ЕТ7 (по две на каждый цилиндр) с антипомеховой системой. Опережение зажигания - механическое, в зависимости от нагрузки двигателя. Ме­ханизм опережения имел приспособление, которое позволяло водителю произво­дить периодическую очистку свечей при работающем двигателе. Пуск двигателя осуществлялся вспомогательным элек­трогенератором, работавшим в режиме стартера. Стартер приводился в действие двухтактным двигателем Riedel ALM.

Изучая конструкцию двигателя МВ507 специалисты НИБТ Полигона в Кубинке приш­ли к следующим выводам:

1. Компоновка агрегатов силовой уста­новки танка Maus выполнена по типу компо­новки СУ «Фердинанд».
2. Двигатель DB 603А2 является авиаци­онным двигателем, приспособленным для работы в танке.
3. Компактность системы охлаждения дви­гателя достигнута в результате применения высоконапорных двухступенчатых вентиля­торов и жидкостного высокотемпературного охлаждения выхлопных коллекторов.
4 .Заслуживает внимания система ка­чественного регулирования смеси, учиты­вающая также барометрическое давление и температурные условия.
5. Для отечественного танкостроения представляет интерес конструкция следую­щих узлов и агрегатов:
а)  двухступенчатых вентиляторов;
б)  пароотделителя;
в)  крыльчаток водяных насосов;
г)  гидравлической муфты нагнетателя;
д)  воздухоотделителя топливной систе­мы;
е)  приспособления для регулирования секций насоса на размерность подачи то­плива.

На втором прототипе «Мауса» был уста­новлен 12-цилиндровый V-образный фор- кмерный дизель жидкостного охлаждения МВ517, представлявший собой модерни­зированный вариант опытного двигателя МВ507, разработанного в 1942 году для танка «Пантера». Путем наддува его мощность была увеличена с 720 до 1100 - 1200 л.с.

К сожалению, ничего более конкретного об этом варианте силовой установки «Мауса» сказать нельзя, так как обнаруженный со­ветскими войсками в мае 1945 года второй прототип был сильно разрушен взрывом.

Удалось собрать только часть основных узлов двигателя: головку блока, рубашку блока с цилиндрами, картер и некоторые другие де­тали. Никакой технической документации по дизелю МВ517 обнаружено не было.

Трансмиссия. На танке «Маус» была установлена электромеханическая транс­миссия, состоявшая из двух параллельно работающих, независимых частей (каждая на одну из гусениц).

Электрическая часть трансмиссии со­стояла из узла главных генераторов в блоке с вспомогательным генератором и вентилятором, двух тяговых электро­двигателей, генератора возбуждения, аппаратуры управления и аккумуляторной батареи.

Наличие в составе электротранс­миссии вспомогательного генератора было обусловлено установкой в танке главных генераторов и тяговых электро­двигателей с обмотками независимого возбуждения, питание которых током производилось от вспомогательного генератора.

Блок генераторов.
Блок генераторов.

Тяговые электродвигатели разме­щались в кормовом отсеке, по одному на гусеницу. Крутящий момент с вала каждого электродвигателя через двух­ступенчатый промежуточный редуктор передавался на ведущий вал бортовой передачи и далее - на ведущее коле­со.

Регулирование работы тяговых элек­тродвигателей танка «Маус» произво­дилось с помощью контроллеров двумя рукоятками управления.

Для начала движения вперед обе руко­ятки перемещались от нейтрального поло­жения вперед. При этом электродвигатели оказывались под напряжением и якори их начинали вращаться. Танк плавно тро­гался с места. Чтобы увеличить скорость движения, было необходимо увеличить напряжение главных генераторов, для чего рукоятки контроллеров передвигались дальше вперед. В этом положении тяговые электродвигатели развивали мощность, пропорциональную своим оборотам.

При наличии плохой дороги или при подъеме в гору, то есть с увеличением на­грузки на электродвигатели была возможна их перегрузка. При недопустимой перегрузке срабатывало реле защиты с одновремен­ной подачей светового сигнала механику- водителю.

Задний ход осуществлялся перемещени­ем обеих рукояток контроллеров от нейтрали назад.

Поворот танка с большим радиусом про­изводился при выключенном электродвига­теле с той стороны, в которую совершался поворот. Для этого снималось напряжение с соответствующего генератора, для чего рукоятка контроллера переводилась в ней­тральное положение.

Поворот с меньшим радиусом осущест­влялся с помощью подтормаживания от­стающей гусеницы электродвигателем. Для этого электродвигатель отстающей гусеницы переводился в генераторный режим.

Для поворота танка вокруг своей оси электродвигателям задавалось противопо­ложное вращение. В этом случае рукоятка одного контроллера переводилась вперед, а другого назад от нейтрали. Чем дальше от нейтрали находились рукоятки, тем круче был поворот.

Трансмиссия танка «Маус» помимо элек­трической части имела на каждый борт два механических агрегата – промежуточный редуктор (гитару) с бортовым тормозом и бортовую передачу. В силовую цепь они были включены последовательно за электродвига­телями. Кроме того, исходя из соображений компоновки, в отливке картера двигателя был смонтирован одноступенчатый редуктор. Он предназначался для совмещения осей двигателя и электрогенератора.

Ходовая часть. Все элементы ходовой части размещались между основными бор­товыми листами корпуса и фальшбортами. Фальшборт являлся не только броневой защитой ходовой части, но и опорой для крепления узлов и агрегатов гусеничного движителя и подвески.

Каждая гусеница танка состояла из 56 цельных и 56 составных траков, чере­довавшихся между собой. Цельный трак представлял собой отливку с гладкой вну­тренней поверхностью, на которой имелся направляющий гребень. С каждой стороны трака были отлиты семь симметрично расположенных проушин. Составной трак состоял из трех литых частей, крайние из которых были взаимозаменяемы. Траки отливались из марганцовистой стали и подвергались термической обработке - закалке и отпуску.

Соединение траков осуществлялось пальцами, изготовленными из катаной углеродистой стали с последующей по­верхностной закалкой токами высокой частоты.

Масса как цельного, так и составного трака с пальцем составляла 127,7 кг. Об­щая масса гусеницы - 14 302 кг.

Зацепление - цевочное. Ведущие ко­леса монтировались между двумя ступе­нями планетарных бортовых редукторов. Корпус ведущего колеса состоял из двух половин, соединенных между собой че­тырьмя болтами. Зубчатые венцы, по 17 зубьев в каждом, выполнялись съемными и крепились болтами к фланцам корпуса ведущего колеса.

Корпус направляющего колеса пред­ставлял собой фасонную отливку, выпол­ненную за одно целое с двумя ободами. Механизм натяжения винтового типа без кривошипного механизма. Масса направ­ляющего колеса в сборе с механизмом натяжения гусеницы составляла 1750 кг. Корпус танка был подвешен на 12 блоках - по шесть на борт. В каждый блок входили две тележки, расположенные параллельно и повернутые относительно друг друга на 180°. Каждая пара тележек монтировалась на одном кронштейне коробчатого сече­ния, который крепился с одной стороны к фальшборту, а с другой - к бортовому листу корпуса. Двухрядное расположение тележек было обусловлено стремлением конструкторов увеличить число опорных катков и тем самым уменьшить нагрузку на каждый из них.

Тележка подвески имела два опорных катка, кинематически связанных между собой двумя балансирами. Верхний балан­сир представлял собой фасонную полую отливку и шарнирно крепился к кронштейну подвески с помощью пальца. К нижнему литому балансиру крепились оба опор­ных катка. Упругими элементами каждой тележки являлись коническая буферная пружина и резиновая подушка.

Все опорные катки имели одинаковую конструкцию. Внутренняя амортизация опорного катка обеспечивалась двумя резиновыми кольцами, зажатыми между литым ободом Т-образного сечения и двумя стальными дисками. Масса опор­ного катка составляла 110 кг.

Сверхтяжелый танк «Маус»

Сверхтяжелый танк «Маус»

Оборудование подводного вождения. Танк «Маус» был оснащен оборудованием подводного вождения, обеспечивавшем ему преодоление по дну водных преград глубиной до 8 м с продолжительностью пребывания под водой до 45 мин. судя по всему, не­мецкие специалисты трезво оценивали способность движения 180-тонного танка по мостам - такую нагрузку не выдержал бы ни один капитальный мост, не говоря уже о наплавных.

Для обеспечения надежной герметич­ности танка при движении под водой все отверстия и их крышки имели про­кладки особой конструкции, способные выдержать давление воды до 1 кГс/см2. Герметичность стыка между маской спаренной установки пушек и башней осуществлялась путем затяжки семи болтов крепления бронировки и резино­вой прокладкой, устанавливавшейся по периметру ее внутренней стороны. При отпускании болтов маска возвращалась в исходное положение с помощью двух цилиндрических пружин, надетых на стволы пушек между люлькой и маской.

Герметичность стыка корпуса и башни танка обеспечивалась конструкцией опоры башни. Перед преодолением водной пре­грады башня при помощи червячных при­водов, поднимавших вертикальные тележки, опускалась на погон и за счет своей большой массы плотно прижимала установленную по периметру погона резиновую прокладку, чем и достигалась герметичность стыка.

Металлическая составная воздухопи­тающая труба устанавливалась на люк механика-водителя и дополнительно крепилась стальными растяжками. Вы­хлопные газы выбрасывались в воду через установленные на выхлопных трубах об­ратные клапаны.

Противопожарное оборудование. Силовая установка танка снабжалась ав­томатической противопожарной системой. Для тушения огня использовался сжатый углекислый газ, хранившийся под давле­нием 190 атм. в двух баллонах. Всего в баллонах находилось 3 ООО л газа.

Если температура в силовом отделении превышала 160°, то срабатывала автомати­ка. Сначала опорожнялся первый баллон, а затем и второй. В случае поломки автома­тической системы, открыть баллоны можно было вручную. От баллонов газ подавался по стальным трубам диаметром 10 мм к выпускным соплам диаметром 3 мм.

На приборных досках у места механика- водителя и радиста были установлены кон­трольные лампочки, сигнализировавшие о пожаре в моторном отделении.

«Немецкий танк Maus по своему весу и габаритам является первым в мировом тан­костроении образцом сверхтяжелого танка и представляет интерес как по самой идее, так и по конструктивному выполнению основных узлов и агрегатов.
К характерным особенностям танка Maus относятся:
I. По компоновке и общему устрой­ству.
1. Компоновка танка отличается от обыч­но принятой на современных образцах, главным образом, расположением силовой установки. Двигатель расположен за отделением управления в общем колодце с блоком ге­нераторов. Такое размещение силовой уста новки стеснило доступ к основным агрега­там ее, усложнило монтажно-демонтажные работы и привело к смещению боевого отделения ближе к кормовой части танка. Другие отделения танка расположены по общепринятой схеме для танков с задним расположением трансмиссии.
2. Объемы отделений управления, боевого и трансмиссионного обеспечивают удобство работы экипажа и необходимый доступ к агрегатам, расположенным внутри корпуса.
II. По конструкции корпуса и башни.
1. Корпус танка сварной и состоит из бро­невых листов толщиной от 40 до 200 мм. Если сравнить толщину брони танка Maus с толщиной брони других современ­ных танков весом 50 - 70 тонн, то станет очевидным несоответствие броневой за­щиты танка Maus его весу. Для танка весом 180 тонн толщина бро­ни явно недостаточная.
2. В распределении толщины брони по частям корпуса немцы на этом образце отошли от принятых ранее принципов. Вместо имевшегося соотношения меж­ду толщиной лобовых и бортовых деталей 0,5 - 0,6 на танке Maus реализовано соот­ношение 0,925. Вообще в броневой защите танка Maus заметна тенденция создания равнопрочной конструкции во всех частях корпуса.
3. Конфигурация корпуса не предусма­тривает максимального использования преимуществ больших конструктивных углов. Корпус имеет нижний лобовой лист под углом только 35° и бортовые вертикальные листы. Если сравнить конфигурацию корпуса танка Maus с конфигурацией танка Т-V, то первая является шагом назад.
4. Характерным является отсутствие на лобовых листах люков, лобового пу­лемета или щелей, имевшихся на других немецких танках и ослабивших их.
5. Соединения броневых листов шипо­вые. Шипы прямоугольные. Для усиления шиповых соединений при­менены цилиндрические шпонки (имеются в виду штифты), вставлен­ные в стыки.
6. Броня корпуса и башни гомогенная средней твердости (Нв = 3,4...4,2) с повы­шенным содержанием углерода (0,30 - 0,45), высоколегированная.
7. Опора башни оригинальной конструк­ции. Вместо обычной шариковой опоры применены две системы тележек: 3 вер­тикальных тележки обеспечивают опору башни на горизонтальную беговую до­рожку и 6 горизонтальных тележек служат для центровки башни в горизонтальной плоскости. Характерным является приспособление для опускания башни при подводном хож­ дении танка. Для этой цели вертикальные тележки при помощи червячного привода могут быть подняты и башня опустится на погон.
III. По вооружению.
1. Наличие спаренной установки 128-мм и 75-мм пушек хотя и увеличила огневую мощь по сравнению с другими танками, но для танка весом 180 тонн огневая мощь недостаточна.
2. Целесообразность установки двух пушек в одной башне, обслуживаемых одними и тем же членами экипажа, резко отличающихся баллистическими качества­ми, является спорной.
3. Применение дальномера облегчает определение дистанций и заслуживает внимания.
IV. По силовой установке.
1. На танке установлен авиационный двигатель DB-603A2, приспособленный для работы в танке.
2. Заслуживает внимания конструкция системы охлаждения. Применение высоко­напорных двухступенчатых вентиляторов обеспечивало компактность системы охлаждения.
3. Характерным является примене­ние жидкостного высокотемпературного охлаждения выхлопных коллекторов.
4. Представляет интерес система качественной регулировки смеси, учи­тывающей также барометрическое дав­ление и температурные условия.
5. Для конструкторов отечественного тан­костроения представляет интерес конструк­ция следующих агрегатов и деталей:
а)  двухступенчатого вентилятора;
б)  пароотделителя;
в)   крыльчаток водяных насосов;
г)    гидромуфты привода нагнетателя;
д)   воздухоотделителя системы подачи топлива;
е)   приспособления для регулирования секций насоса на равномерность подачи топлива.
V. По трансмиссии.
Электромеханическая трансмиссия танка Maus отличается как по схеме, так и по конструктивному выполнению от­дельных узлов и агрегатов от известных нам трансмиссий СУ «Фердинанд», Т-23 и отечественного танка ЭКВ.
К особенностям электрической части трансмиссии танка Maus относятся:
1. Независимость систем, передаю­щих мощность на каждую из гусениц.
2. Способность тяговых генераторов сохранять почти постоянную величину мощности и оборотов при различных на­грузках на тяговые электродвигатели.
3. Наличие вспомогательного генерато­ра, используемого также в качестве стар­тера и для подзарядки аккумуляторов по­мимо основной задачи - питания обмоток независимого возбуждения генераторов и электродвигателей.
4. Хорошо продуманная система воз­душного охлаждения электромашин транс­миссии.
5. Наличие генератора-возбудителя, обеспечившее независимость возбуждения главных генераторов и электродвига­телей от скорости вращения коленчатого вала двигателя.
6. Применение потенциометрической схемы включения контроллера, обусловив­шее большую плавность изменения тока возбуждения, а следовательно, магнитного потока и напряжения генератора.
7. Приспособленность системы к пита­нию электродвигателей одного танка от генератора другого.
8. Наличие аппаратуры автоматической защиты электродвигателей от перегрузок.
9. Применение системы управления, выполненной по схеме Леонард, дающей следующие преимущества:
а)  широкое и плавное регулирование скорости вращения электродвигателей, а следовательно, и скорости движения танка при небольших потерях;
б)  отсутствие потерь в реостатах при пуске в ход и реверсировании электро­двигателей;
в)  легкое управление запуском, тормо­жением и реверсированием.
10. Незащищенность мотор-генераторного агрегата от перегрузок со стороны электродвигателя.
11. Сравнительная простота комму­тационной аппаратуры и аппаратуры управления тяговыми электродвигателями, полученная за счет применения реверсирования путем переключения концов обмотки независимого возбуж­дения генератора, а не переключением в главных цепях, как это осуществлено в других системах.
Особенности механической части трансмиссии.
1. Компактность агрегатов, особенно бортовой передачи (при передаточном отношении 25,446).
2. Широкое использование самоуста- новки шестерен путем применения сфе­рических роликоподшипников.
3. Применение циркуляционной смазки с «сухим картером» и фильтрацией масла в гитаре.
4. Резко выраженная коррекция зубьев шестерен в целях повышения их износоу­стойчивости и выравнивания износоустой­чивости шестерен сопряженной пары.
5. Обшивка неподвижных, нажимных дис­ков тормозов специальной металлизирован­ной спекающейся массой.
6. Интенсификация охлаждения дисковых тормозов за счет введения радиальных кана­лов во вращающемся диске тормоза, благо­даря чему увеличена поверхность охлажде­ния и обеспечена циркуляция воздуха.
7. Применение резервных (по длине) сателлитов в бортовой передаче, обеспе­чившее более равномерное распределе­ние усилий по длине зуба.
8. Жесткая конструкция водил.
VI. По ходовой части.
1. Применение в качестве упруго­го элемента подвески буферных пружин прямоугольного сечения заимствовано из американских танков и продиктовано стрем­лением увеличить число тележек, чтобы разгрузить катки.
2. Очевидно, такое решение вопроса под- рессоривания было вынужденным, т.к. все другие танки того периода имели торси­онную подвеску и такого типа подвеска не могла дать никаких преимуществ.
3. Использование резиновых подушек в качестве дополнительного упругого эле­мента, вступающего в работу при больших амплитудах колебания корпуса и ограничи­теля хода балансиров, снизило надежность работы подвески. Как показал осмотр хо­довой части танка, большинство резиновых подушек либо разрушено, либо утеряно.
Заслуживает внимания применение опорных катков с внутренней амортизацией, обеспечивающей надежную их работу при больших нагрузках на опорные катки. Со­стояние катка при разборе было хорошим.

Заключение.

1. Немецкий танк Maus является первым реально существующим и проверенным на ходу образцом сверхтяжелого танка.
2. Сам факт создания танка весом 180 тонн, обладающего максимальной скоростью 25 км/ч и удельным давлением на грунт 1,2 кг\см2, представляет интерес.
3. Броневая защита танка (максималь­ная толщина брони 210 мм) и огневая мощь (128-мм и 75-мм пушки) не соответ­ствуют его весу. Современные танки и СУ весом 60 - 70 т имеют броневую защиту и вооружение не уступающее таковым у танка Maus.
4. Чрезмерно большой вес танка Maus объясняется стремлением создать равно­прочную во всех частях корпуса и башни броневую защиту, установкой тяжелых 100-мм экранов для защиты ходовой части и неудачной компоновкой, приведшей к чрезмерным габаритам.
5. Заслуживает внимания отечественно­го танкостроения конструкция следующих узлов и агрегатов:
а)  электротрансмиссии;
б)  механической части трансмиссии;
в)  гусеничного движителя;
г)   систем охлаждения и питания дви­гателя».

Сравнительные размеры танков Maus и ИС-2

Сравнительные размеры танков Maus и ИС-2

 Оценка машины

Итак, в свете изложенного выше, можно утверждать, что «Маус» являлся и является по сей день единственным в мире реаль­но изготовленным сверхтяжелым танком. Однако, недостаточно просто разработать и выполнить в металле самый большой танк в мире, необходимо, чтобы он при этом представлял собой полноценную боевую единицу. Понять же насколько боеспособен тот или иной танк, можно проанализировав три основных оценочных параметра - вооружение, защищенность и подвижность.

Что касается вооружения, то у «Мауса» оно было весьма мощным - две пушки и пулемет, а по проекту предусматривался еще и огнемет с дистанционным управле­нием. Впрочем, проектные варианты мы рассматривать не будем.

Главным вооружением танка была 128- мм пушка. Это было страшное оружие, более известное, правда, по тяжелой са­моходке «Ягдтигр». Весной 1945 года эти тяжелые САУ стали «головной болью» для советских и американских танкистов. Они умудрялись поражать цели на дальностях до 2500 м! Ни один танк антигитлеровской коалиции не мог противостоять бронебой­ному снаряду этой пушки. Нет никакого со­мнения, что в случае боевого применения «маусов» результат был бы тем же.

Едва ли не единственным недостатком этого орудия было раздельно-гильзовое заряжание. Максимум, чего удалось до­биться немецким конструкторам - до­вести скорострельность до 3 выстр./ мин за счет введения в экипаж второго заряжающего.

Если с главным вооружением «Мауса» все более или менее ясно, то вспомога­тельное вызывает много вопросов. Его со­став, признаться, удивляет - 75-мм пушка и 7,92-мм пулемет. Зачем «Маусу» вторая пушка? Ответ, вроде бы, напрашивается сам собой - для поражения второстепен­ных целей недостойных «внимания» 128-мм пушки. Но каких? Скорее всего, легкой бронетехники, автомобилей, пехоты. Но для этих целей значительно эффективней было бы вооружить «Маус» 20-мм автома­тической пушкой. Для борьбы с пехотой хватило бы и пулемета, а лучше двух. И вообще, размещение вооружения у такой тяжелой и малоподвижной машины как «Маус» только в передней части башни, вряд ли было хорошим решением. Отсут­ствие бортового и кормового вооружения у других танков компенсировалось скоро­стью вращения башни и маневренными ха­рактеристиками. Ни тем, ни другим «Маус» похвастать не мог. Даже на максимальной скорости его башня делала полный оборот за 45 с, соответственно поворот на 180°- за 22,5 с. Напомним - башня Т-34-85, напри­мер, делала полный оборот за 18 с! Так что кормовой пулемет, признанный доста­ точно бесполезным на советских тяжелых танках, «Маусу» был просто необходим. Впрочем, без него можно было обойтись при наличии двух пулеметов на турельных установках башенных люков, пригодных как для самообороны, так и для ведения огня по воздушным целям.

Так что, с одной стороны, желание раз­работчиков вооружить сверхтяжелый танк как можно мощнее вполне понятно, с дру­гой стороны набор этого вооружения никак нельзя признать рациональным.

Корпуса и башни сверхтяжелых танков «Маус», обнаруженные американцами в цехах завода фирмы Кгирр в Эссене. Май 1945 года
Корпуса и башни сверхтяжелых танков «Маус», обнаруженные американцами в цехах завода фирмы Кгирр в Эссене.
Май 1945 года

С бронезащитой, на первый взгляд, все обстоит куда лучше. «Маус», без сомнения, был самым толстобронным танком Второй мировой войны. Очень сложно найти ар­тиллерийское орудие способное пробить его броню. Из советских артсистем наи­большие шансы были лишь у 100-мм пушек БС-3 и Д-10С. Бронебойным снарядом БР-412Б с баллистическим наконечником эти орудия с дистанции 500 м пробивали 162-мм броню, а значит, могли поразить «Маус» в борт. Немногим могли похвастать и наши западные союзники. По сути, ан­гличане и американцы тоже имели в своем распоряжении по одной артсистеме, спо­собной бороться с «Маусом». Речь идет о британской 17-фунтовой пушке и аме­риканской 90-мм. Первая могла пробить бортовую броню немецкого сверхтанка с дистанции 500 м обычным бронебойным снарядом. При использовании же под- калиберного снаряда, покидавшего ствол пушки с начальной скоростью 1200 м/с, появлялись шансы даже для пробития с такой дистанции лобовой брони. Что же касается брони бортовой, то подкалибер- ным снарядом 17-фунтовка могла пробить ее с дистанции больше километра. Под- калиберным снарядом с 500 м уверенно поражала «Мауса» в борт и американская 90-мм пушка.

Наиболее же эффективным средством борьбы с «Маусом» были немецкие же противотанковые пушки калибром 88 и 128 мм. Обе артсистемы надежно обеспе­чивали пробитие брони «Мауса» с любого ракурса, начиная с дальности 1500 м. Од­нако, вероятность встречи с ними на поле боя, по понятным причинам, была крайне мала, что, по видимому, и заставило кон­структоров фирмы Porsche ограничиться 200-мм броней.

Что же получается в итоге? Стремясь обеспечить своему сверхтяжелому танку сверхнадежную защиту, немцы ничего, по сути, не добились. Создать абсолютно неуязвимый танк все равно не удалось. Арсенал средств борьбы с «Маусом» все равно был достаточным - от авиации до банального фаустпатрона. В угоду идее равнопрочного бронирования немцы при­несли в жертву одно из важнейших качеств танка - подвижность.

С вооружением дело обстоит несколько сложнее. Оно вовсе не было слабым, как это считали советские специалисты тех лет. Нельзя мощь вооружения оценивать только с точки зрения соответствия его бо­евой массе. Так можно дойти до абсурда. Если «Маус» втрое тяжелее «Королевского тигра», например, так что же и калибр его пушки должен быть втрое больше? Немцы вооружили свой танк самой мощной тан­ковой (противотанковой) пушкой Второй мировой войны, способной уничтожить любой танк того времени на дистанции 2,5 км. Ничего более мощного просто не было ни у них, ни у кого-либо другого. Ну не вооружать же в самом деле танк 150- или 170-мм пушкой, или пуще того - каким-нибудь 280-мм морским орудием! Танк должен оставаться танком.

Впрочем, «Маусу» лишившемуся или почти лишившемуся одной из важнейших составляющих, делающих танк танком, это было довольно трудно. Желание до­биться равнопрочного бронирования привело к непомерному росту массы танка, а невозможность оснащения его соответствующей силовой установкой серьезно ограничило подвижность. Удельная мощность «Мауса» оказалась на уровне французских боевых машин начального периода Второй мировой войны. Меньше имели только британские пехотные танки. Что же касается удельного давления, то хуже не было ни у кого. Плохо обстояло дело и с отношением L/B - длины опорной поверхности к ширине колеи. У немецких танков оно было традиционно небольшим, что всегда обеспечивало им неплохую ма­невренность. Например, у «Королевского тигра» оно составляло 1,16 (для сравнения, у ИС-2 - 1,78), что позволяло 70-тонной боевой машине разворачиваться бук­вально на «пятачке». У «Мауса» отношение L/B = 2,5, что было чудовищно много. Из танков-участников Второй мировой войны большим оно было только у советского Т-35 - 3,03!

Закономерен вопрос: насколько эти весьма и весьма скромные характеристики соотносятся с оптимистичными данными испытаний в Бёблингене? Очень даже хорошо соотносятся - в общем то теплич­ных условиях заводского полигона почти за полгода испытаний первый прототип «Мауса» едва прошел 100 км. Не случайно в документах пробег порой указывался в метрах, а не в километрах. Движение, в основном, осуществлялось по дорогам с твердым покрытием или по твердому грунту. Единственная попытка попробовать танк в движении по раскисшему весенне­му грунту закончилась плачевно - «Маус» увяз, чуть ли не по крышу корпуса. Его пришлось буквально откапывать и только затем вытаскивать из грязи. Спасательная операция длилась несколько дней. Так что, можно констатировать, что «Маус» относи­тельно свободно, хоть и с очень небольшой скоростью, мог передвигаться по дорогам с твердым покрытием, каменистому или схваченному морозом грунту. Движение же по относительно мягкому грунту, если и не приводило к застреванию гиганта, то быстро обеспечивало перегрузку и отказ трансмиссии.

В связи с этим бесполезной роскошью выглядит оборудование для подводного вождения. С одной стороны, его не­обходимость очевидна, иного способа преодолеть водную преграду у «Мауса» просто не было, за исключением пере­правы на каком-нибудь пароме большой грузоподъемности. С другой, для «Мауса» нужно было либо специально готовить дно в месте переправы, либо искать места с твердым грунтом. В любом другом случае танк просто завяз бы в иле на дне реки. В результате всех стараний немцы получили хорошо вооруженный и бронированный, но крайне малоподвижный (если понятие «подвижность» тут вообще применимо) танк. Как следствие изменились и взгляды на его возможное боевое применение. В 1942 году сверхтяжелая машина виделась германскому руководству исключительно как танк прорыва, некий аналог «К-вагена», но на новом уровне. К 1944 году ина­че чем чисто оборонительная машина, своего рода передвижной дот в системе укрепленных районов, этот танк не вос­принимался.

Трудно сказать, во что бы все это выли­лось, если бы немцы не прекратили работы по сверхтяжелым танкам. Установив на пер­вый прототип башню, они к осени 1944 года имели бы два боеготовых «Мауса», к весне 1945 года - шесть - семь машин. К этому времени подоспела бы и пара Е-100.

Можно предположить, что опробовать новые танки в бою немцы попытались бы уже зимой 1944 - 1945 годов. Нетерпение Гитлера в подобных случаях известно. До­ статочно вспомнить боевой дебют «тигров» под Ленинградом в 1942 году. Нечто по­добное произошло бы, скажем, в январе 1945 года где-нибудь в Польше.

Как известно 12 января 1945 года в 12.30 передовые отряды корпусов 3-й гвардейской танковой армии начали дви­жение в прорыв с Сандомирского плацдар­ма и спустя 1,5-2 часа обогнали пехоту. К 18.00 13 января 51-я гвардейская танковая бригада - передовой отряд 6-го гвардей­ского танкового корпуса - вышла к реке Нида в районе Собкува, переправила по льду батальон автоматчиков и захватила плацдарм на западном берегу. К исходу дня плацдарм был расширен в южном направлении. Приданные передовому отряду две саперные роты приступили к наводке моста.

Главные силы 6-го гвардейского тан­кового корпуса, двигаясь следом за передовым отрядом были вынуждены неоднократно разворачиваться в боевой порядок и вступать в бой с противником. В районе между Хмельником и Влошовице колонна главных сил корпуса была ата­кована танками 17-й немецкой танковой дивизии. В боевых порядках этой дивизии двигалась «боевая группа особого на­значения» (Sonderkampfgruppe) в составе двух сверхтяжелых танков «Маус» и шести «пантер». Перед ними была поставлена за­дача возглавить контрудар 24-го танкового корпуса и отбросить советские войска. Правда, сверхтяжелые танки могли дви­гаться только по дорогам и узким дамбам. Еще затемно танк 205/2, пытаясь объехать поврежденное штурмовое орудие, съехал одной гусеницей с дороги и безнадежно завяз в болотистом грунте. Танк 205/1 утром 14 января столкнулся с разведкой 53-й гвардейской танковой бригады и бы­стро расстрелял две «тридцатьчетверки». Вслед за этим под удар немецкой «особой группы» попали и основные силы бригады. Собственно сам удар наносили «пантеры» и поддерживавшие их Pz.IV 17-й танковой дивизии. «Маус» же медленно передви­гаясь по дороге «отстреливал» русские танки с большой дистанции, находясь вне пределов их действенного огня. Ситуация складывалась критическая - под угрозой срыва был весь график наступления 6-го гвардейского танкового корпуса.

Решением командира корпуса генерала В.А. Митрофанова навстречу противнику был выдвинут 57-й отдельный гвардейский тяжелый танковый полк. Тяжелым ИСам удалось несколько потеснить немецкие средние танки, но огневая дуэль с тяже­лым немецким танком неизвестного типа оказалась безрезультатной. Более того - четыре ИС-2 были подбиты. Тем временем немецкие боевые порядки были накрыты залпами корпусного артполка. Частокол разрывов 152-мм снарядов заставил про­тивника начать отход. Тем более, что фланг 17-й танковой дивизии начали охватывать подразделения 52-й гвардейской танковой бригады.

Начал пятиться и «Маус», стремясь выйти из-под удара тяжелой артиллерии и укрыться за рощицей, клином выходившей к самой дороге. Но именно там, за этим клином, на опушке, уже заняли позицию два орудия 199-й легкой артбригады. Артиллеристы и пехотинцы на руках про­тащили тяжелые 100-мм пушки через рощицу и теперь ждали своего часа. До дороги было совсем недалеко - каких-то 300 м и медленно двигавшийся по ней огромный вражеский танк представлял собой отличную мишень. Развернутая в противоположную сторону башня - «Маус» продолжал выцеливать советские танки - не позволила немецким танкистам вовремя обнаружить опасность. Они поняли свою ошибку слишком поздно, получив два по­падания в правый борт. Оба 100-мм снаряда пробили броню, но «Маус» все еще про­должал медленно ползти вперед. Расчеты противотанковых пушек, ни на секунду не останавливаясь, всаживали в немецкий танк снаряд за снарядом. Над крышей танка перед башней полыхнуло пламя, и повалил черный дым. Брызнул осколками разбитый ленивец, правая гусеница змеей поползла в кювет. Танк встал, как-то наи­скосок, перегородив дорогу, упершись поникшим стволом пушки в грязно-серый снег. «Сотки» перенесли огонь на выпол­завшие из-за рощицы «пантеры».

Вот так, собственно, они бы и воевали. Причем вне зависимости от количества задействованных в бою танков результат был бы тем же. С большими или меньшими усилиями, как на Восточном фронте, так и на Западном. Маневренный танковый бой «маусы» вести были не в состоянии, ни самостоятельно, ни совместно с танками других типов.

Что характерно в описанном гипотетиче­ском эпизоде? Да то, что «Маус» оказался очень уязвимой машиной, причем, уязви­мой во всех отношениях, в том числе и с точки зрения энерговооруженности. Ведь один танк остановился, не дойдя до поля боя не из-за поломки, а просто потому, что завяз. Мощности двигателя не хвати­ло, чтобы выбраться самому, а вытащить 180-тонную махину было просто нечем.

Второй танк использовался в бою скорее как тяжелая САУ, поддерживая огнем атаку средних танков. Однако маневрировать «Маус» не мог, был фактически привязан к дороге, что его и погубило. Появление на поле боя 100-мм пушек БС-3 не вымысел. 199-я легкая артиллерийская бригада (два полка 76-мм пушек ЗИС-З и один полк 100-мм БС-3) реально входила в состав

й гвардейской танковой армии. Две батареи этих орудий двигались в колонне 53-й гвардейской танковой бригады, одна батарея была придана передовому отряду корпуса. «Сотки» отличились и 12, и 13 января, да и в последующие дни «...стреляя на дистанции свыше 1000 м, поражали самоходные 75-мм орудия и танки Т-4, сами находились вне досягаемости пря­мого выстрела бронеединиц противника». Можно себе представить какой восторг это вызывало у пехотинцев, натерпевшихся за войну от этих самых «бронеединиц»!

В ходе контрудара 17-й немецкой танко­вой дивизии ее головные части вклинились в боевые порядки 6-го гвардейского тан­кового корпуса и даже смешались с ними. Так что нет ничего удивительного в том, что два орудия заняли позицию как бы в тылу у немцев. Нет ничего удивительного и в том, что экипаж «Мауса» не обнаружил наши орудия. Противотанковые пушки вообще трудно обнаружить, а при почти полном отсутствии на «Маусе» приборов наблюдения сделать это было просто не­возможно. Поразительно, но факт - число приборов наблюдения на немецких танках в ходе войны постоянно уменьшалось. На «Маусе», например, их было меньше чем на «Королевском тигре», что с учетом размеров сверхтяжелого танка просто необъяснимо.

Ну а что бы произошло, окажись на пути «Мауса» не 100-мм, а 76-мм пушки. С 300 м они бы, конечно, не пробили бортовую броню, вряд ли им оказался бы «по зу­бам» и 105-мм фальшборт, а вот разбить гусеницу или повредить ходовую часть смогли бы.

Чего уж говорить о случайно попада­нии 122- или 152-мм снаряда корпусной артиллерии, или неслучайного, пущенного из какой-нибудь ИСУ. 200-мм броню он может быть и не пробил бы, но даже про­стое попадание снаряда такого калибра (в том числе и осколочно-фугасного) в башню «Мауса» вызвало бы у членов его экипажа ушиб головного мозга, именуемый конту­зией, что неизбежно повлекло бы за собой временную потерю трудоспособности. Тут, кстати, необходимо отметить еще один факт. Выше уже шла речь о химическом составе брони «Мауса» и отмечалось, что легирующие элементы молибден и никель заменялись другими элементами - хро­мом, марганцем и кремнием. А это при­водило к ухудшению качества брони. Вот что говорилось по этому поводу о качестве брони «Королевского тигра» после испы­таний его обстрелом осенью 1944 года на полигоне в Кубинке: «Качество брони танка «Тигр-Б» по сравнению с качеством брони танков «Тигр-Н», «Пантера» и СУ «Фердинанд» резко ухудшилось. В броне танка «Тигр-Б» от первых одиночных попаданий образуют­ся трещины и отколы. От группы снарядных попаданий (3-4 снарядов) в броне образуются отколы и проломы большой величины.

Для всех узлов корпуса и башни танка характерным является слабость сварных швов. Несмотря на тщательное выпол­нение, швы при обстреле ведут себя значительно хуже, чем это имело место в аналогичных конструкциях танков «Тигр-Н», «Пантера» и СУ «Фердинанд».

В броне лобовых листов танка толщи­ной от 100 до 190 мм, при попадании в них 3-4 бронебойных или осколочно- фугасных снарядов калибра 152, 122 и 100 мм с дистанции 500 - 1000 м образуются трещины, отколы и разрушения сварных швов, влекущие за собой нарушение рабо­ты трансмиссии и выход танка из строя.

Бронебойные снаряды пушек БС-3 (100 мм) и А-19 (122 мм) производят сквозное пробитие при попадании в кромки или стыки лобовых листов корпуса танка «Тигр-Б» на дистанциях 500 - 600 м. Бронебойные сна­ряды пушек БС-3 (100 мм) и А-19 (122 мм) производят сквозное пробитие в лобовом листе башни танка «Тигр-Б» на дистанциях 1000 -1500 мм».

Что же получается. Исходя из табличных значений пушка А-19 (или Д-25) 200-мм броню «Мауса» не пробивает даже с 500 м, а на деле с 1000 м пробивает 190-мм лобовую броню «Королевского тигра»! А ведь броня «Мауса» была не лучше по качеству!

Впрочем, мощное бронирование мало что решало, в условиях, когда любая по­ломка в бою могла оказаться фатальной. Эвакуировать сверхтяжелый танк с поля боя было практически невозможно. Ну а если подрыв на мине и порвана гусеница? А ее ведь вручную без специальных меха­низмов не натянешь, она ведь 14 т весит! Любое внешнее повреждение ходовой части превращалось для «Мауса» в не­разрешимую проблему. Ремонтопригод­ность этого танка, точнее ее отсутствие, било все рекорды среди боевых машин Панцерваффе.

Говорить о боеспособности «Мауса» мож­но лишь формально. Стрелять мог, защиту экипажу обеспечивал, маломальскую под­вижность имел. Формально - боеспособный, а вот фактически? Получается, что самый толстобронный танк Второй мировой войны оказывается и самым бесполезным. Если исходить из его массы, то ее хватило бы на трех «тигров», с которыми две пушки БС-3 могли и не справиться. Да и во всех других отношениях от трех «тигров» в том бою было бы гораздо больше толку, чем от «Мауса».

Сам собой возникает вопрос - зачем же он был вообще нужен этот сверхтяжелый танк? Вопрос, конечно, интересный, тем более, что военные были против этой машины. Тут самое время вспомнить об уже упоминавшемся личностном факторе. Идеей создания гигантского танка, своего рода бронированного чудо-оружия, был увлечен Гитлер. Фюрер Третьего рейха во­обще отдавал дань различным бредовым техническим идеям. Сказывался недоста­точный для руководителя страны образо­вательный уровень. Не могло им похва­стать и его ближайшее окружение. Выше среднего образования никто из них не поднялся, а Гитлер вообще не смог сдать выпускные экзамены в средней школе. Только необразованный человек мог дать отмашку созданию подобного бронирован­ного монстра. То, что Порше тут же «взял под козырек» тоже неудивительно - он вообще был конъюнктурщиком. Впрочем, язык не повернется его за это ругать - не был бы конъюнктурщиком, не дожил бы до старости. С другой стороны, не мог же он не понимать, что занимается совершенно бесперспективным делом. Возможно, как инженеру ему было интересно, что из этого получится. А ведь могло получиться. Вполне можно было создать танк, соответ­ствовавший техзаданию на сверхтяжелый, с таким же уровнем защищенности, ана­логичной огневой мощью и вполне при­емлемой подвижностью. Для этого было необходимо отказаться от равнопрочной конструкции корпуса и башни и вернуться к нормальной схеме дифференцированного бронирования.

И такой танк был создан, правда, не в Германии и на три года позже, хотя путь к нему начался уже в 1944 году. Речь идет о своего рода антиподе «Мауса» советском тяжелом танке ИС-7. Окончательный об­лик этой машины сложился в 1948 году, когда были изготовлены четыре опытных экземпляра. 

Тактико-технические характеристики танка Maus

Боевая масса, т  180 
Экипаж, чел  6
Габаритные размеры, мм  
длина с пушкой вперед  10085
длина с пушкой назад  12659 
длина корпуса  9020 
ширина  3710 
высота  3630 
клиренс  500 
Колея (расстояние между серединами гусениц), мм  2330 
Длина опорной поверхности (без погружения), мм  5860 
Длина опорной поверхности при погружении на 100 мм, мм  7100 
Высота линии огня, мм 2790

Толщина брони, мм:

лоб корпуса 200
борт 185 - 105 + 80
корма 160
крыша 105
днище 105
лоб башни  210
борт и корма 210
крыша 65
Макс. скорость движения, км/ч:
по шоссе 20 - 25
по пересеченной местности 4-10
Запас хода, км:
по шоссе 186
по пересеченной местности 68
Удельное давление без погружения гусениц, кг/см2 1,39
Удельное давление при погружении гусениц на 100 мм, кг/см2

1,2

Удельная мощность, л.с./т 9,6
 
+31 0 голосование
закрыто
спасибо
за ваш голос

Партнеры

Наши друзья

На форуме обсуждают
Интересные материалы
Copyright © 2012 все права защищены, при копировании ссылка на ресурс обязательна
las-arms.ru © 2012
Для связи с администрацией сайта:
support@las-arms.ru
admin@las-arms.ru
www.w0rld0ftanks.ru - Фанатский сайт игры World of Tanks и Танковой Бронетехники- http://w0rld0ftanks.ru/
Бесплатный анализ сайта - http://www.cy-pr.com/ Яндекс.Метрика - http://metrika.yandex.ru/stat/?id=16881667&from=informer